10 самых скандальных романов, которые стали классикой литературы
2018-01-19T16:34

10 самых скандальных романов, ставших классикой

Саморазвитие 10 самых скандальных романов, ставших классикой

Некоторые книги были опубликованы в совершенно невероятных и почти невозможных обстоятельствах. Разные причины, разные трудности, разная история написания, но всех их объединяет одно — эти романы смогли преодолеть все преграды на пути от автора к читателям и дойти до вершины литературного Олимпа.

10 самых скандальных романов, ставших классикой

Журнал «Лиза» расскажет о самых скандальных книгах своего времени, которые прошли огонь, воду и медные трубы, чтобы оказаться на наших книжных полках. Сейчас же они по праву считаются классикой, которую не мешает почитать каждому.

«Лолита», Владимир Набоков

Книга, написанная на английском языке, была впервые выпущена в парижском издательстве Olympia Press в 1955 году. Набокову на тот момент исполнилось 56 лет, на его счету было 11 романов, и как писатель он уже получил признание по обе стороны океана. И все же ставить свое громкое имя под новым романом «Лолита» автор опасался — слишком уж неоднозначной и щекотливой была тема.

Владимир Набоков

В США печатать роман о растлении малолетней Долорес отказывались наотрез – автор обращался в четыре разных издательства и, при разных оценках, от признания книги «прозой высочайшей пробы» до объявления ее же «чистой порнографией», всюду получал осторожный или грубый отказ. Главный же редактор французской «Олимпии», по собственному признанию, «сразу почувствовал, что «Лолите» суждено стать величайшим произведением современной литературы, которое раз и навсегда покажет как всю бесплодность цензуры по моральным соображениям, так и неотъемлемое место изображения страсти в литературе».

Лолита

Вышедший в Париже роман породил жаркую литературную дискуссию между английским писателем Грэмом Грином, оценившим творение Набокова в своей рецензии для Sunday Times как «лучшую книгу года», и журналистом Джоном Гордоном, который объявил «Лолиту» «грязнейшей книжонкой из всех», что ему довелось читать.

В своем интервью журналу Playboy в 1964 году на вопрос: «Сожалели ли вы когда-нибудь, что написали «Лолиту»?» — Владимир Владимирович отвечал так: «Напротив, я до сих пор содрогаюсь, вспоминая, что был один миг, в 1950-ом, а потом еще один в 1951-ом, когда я совсем уж собрался сжечь грязный дневничок Гумберта. Нет, я никогда не буду сожалеть о «Лолите».

«Госпожа Бовари», Гюстав Флобер

Современному читателю, видевшему на книжных полках Бегбедера, Паланника, автобиографии серийных убийц и очередные «50 оттенков серого» наверняка непросто представить, что когда-то публикация безобидной истории супружеской неверности могла вызвать такой бурный скандал.

Гюстав Флобер

Еще в 1851 году некий Максим дю Кан, редактор журнала La Revue de Paris, по-дружески посоветовал Флоберу сделать слог менее высокопарным и, дабы оставаться «в тренде», вместо изживавшего себя романтизма обратиться к более приземленному натурализму. Подходящий сюжет Гюставу Флоберу посоветовал друг-поэт Луи Буйле — была на слуху история семейства Деламар, где гулящая жена Дельфина покончила с собой, погрязнув в долгах.

Госпожа Бовари

487-страничный роман был принят журналом La Revue de Paris и публиковался, как это часто было принято в то время, частями с октября по декабрь 1856 года. А в 1857 году автор, редактор и два издателя были привлечены к суду за оскорбление морали (особенно блюстителей нравственности и морали задела формулировка «Эмма отдалась»). Приговор четверым «похабникам» был вынесен оправдательный, а книга получила такую популярность, что уже в том же году вышла отдельным изданием.

На сегодняшний день роман «Госпожа Бовари» занимает твердое место среди мировой литературной классики и входит в различные списки лучших книг в истории литературы.

«Улисс», Джеймс Джойс

Создавая в 1914 году свой монументальный полистилистический роман «Улисс», альфа и омега литературного модернизма Джимми Джойс вдохновлялся в первую очередь гомеровской «Одиссеей» (о чем жирно намекает само название книги). Эпизоды романа получили соответствующие композиционной задумке названия — «Телемак», «Лестригоны», «Сцилла и Харибда», «Навсикая», «Сирены», «Итака», «Пенелопа» и т.д.

Джеймс Джойс

Однако нью-йоркское Общество по искоренению порока (the Society for the Suppression of Vice) не стало затруднять себя поисками параллелей с античным образцом и возбудило дело по обвинению в порнографии и «излишней натуралистичности». В итоге был наложен арест на номер с публикацией «Навсикаи», 13-го эпизода романа, где проводилась параллель с необременительной любовной историей странствующего Одиссея и дочки царя феаков. Издателей, в том числе и лично главреда Little Review Маргарет Андерсон, обязали выплатить штраф, а публикацию главы 12-й «Циклопы» «бонусом» обвинили еще и в неуважении к английской монархии.

Улисс

Судебный скандал вокруг публикации сработал по принципу черного пиара — «Улисс» стал таким желанным, что появилось множество пиратских копий на книгу. Как всегда более раскрепощенная Франция в 1922 году выпустила роман целиком, а в 1933 году американский издательский дом Random House попытался ввезти «Улисса» в США контрабандой, чем инициировал новый судебный процесс — в результате него с популярной книги все же был снят штамп «порнографической». В 1934 году роман был напечатан в США, двумя годами позже — в Великобритании. В родной Ирландии он получил разрешение на публикацию лишь в 1960-х годах.

Если же говорить об этом романе сегодня, то ни один список лучших романов не обходится без «Улисса», который часто эти самые списки возглавляет, не говоря уже о том, что сложносочиненное произведение обязательно изучают как в школах, так и в университетах с уклоном в филологию.

«О дивный новый мир», Олдос Хаксли

Кому понравится видеть себя в роли одной из многих шестеренок, прилежно работающей на благо системы? Кому приятно задумываться о губительных последствиях технического прогресса, который проник во все сферы повседневной жизни? Неудивительно, что роман-антиутопия англичанина Олдоса Хаксли еще в 1932 году многим пришелся не по нраву. При том, что в те времена описанная картина «идеального» потребительско-тоталитарного общества казалась всего лишь фантазией, что уж говорить о современном читателе, узревшему частички «дивного нового мира» своими глазами.

Олдос Хаксли

Претензий к книге было много — здесь и герои с зашифрованными именами великих вроде Ленайны Краун (Lenina Crowne, один из псевдонимов Владимира Ленина), Полли Троцкой, Герберта Бакунина и Бенито Гувера. И подмена крестного знамения знаком «Т» — в честь модели автомобиля Ford Model T, и, кончено, местное «божество» — Генри Форд.

О дивный новый мир

Через несколько десятилетий и стремительного приближения мира к тому самому «дивному новому миру», Хаксли, наряду с Оруэллом и Брэдбери, был провозглашен классиком жанра антиутопии, а фраза «о дивный новый мир» стала употребляться исключительно в ироническом ключе, как обозначение некой общественной модели, навязывающей всем свой «идеальный», единственно правильный образ жизни.

«Повелитель мух» , Уильям Голдинг

Своеобразную пародию на детскую приключенческую книгу 1858 года «Коралловый остров» отвергло 21 английское издательство. Историю школьников, попавших на необитаемый остров и довольно быстро скатившихся до культурного уровня гамадрилов, сочли «абсурдной, неинтересной, пустой и скучной». И казалось бы — мало ли пустых книг увидело свет меньшими усилиями? — но ведь действие в романе Голдинга происходило во время ядерной войны, и самолет с мальчиками-хористами терпел крушение в ходе их спешной эвакуации. Добавить к этому аллегории на первородный грех, историю Каина и как бы красной нитью проходящую через текст мысль о том, что современное общество недалеко ушло в своем развитии от общества мальчиков-робинзонов — как и они, военизированное общество поклоняется уже не богу, а Зверю — абсолютному злу, которое живет внутри каждого из нас. Буквальный перевод с древнееврейского языка имени Вельзевул (בעל זבוב), который в христианстве ассоциируется с дьяволом, — как раз и есть «Повелитель мух», и это не случайное совпадение.

Уильям Голдинг

Столь звучное название для романа придумал редактор Чарльз Монтейт — именно он уговорил шефов купить рукопись, после чего безжалостно «стер» наиболее спорные моменты, особенно про ужасы ядерной войны, и переозаглавил. А в 1955 году роман выпустили в мягком переплете — и вуаля! — он стал бестселлером в Великобритании. К 1959 году, уже отмеченный видными критиками, он появился США, а в 60-х уже вошел в американскую школьную программу.

Повелитель Мух

«Доктор Живаго», Борис Пастернак

Борис Пастернак, один из пяти отечественных авторов-лауреатов литературной Нобелевской премии, описал в своем главном произведении сталинские репрессии, самоубийство казалось бы идейно благонадежного революционера Антипова-Стрельникова и безрадостную участь главного героя, «опустившегося» некогда талантливого врача и поэта. Неудивительно, что журналы «Новый мир», «Знамя» и альманах «Литературная Москва» на запрос о публикации такой «антисоветчины» ответили твердым отказом. Не слишком надеявшийся на другой исход Пастернак предусмотрительно выслал рукопись в Италию издателю Джанджакомо Фельтринелли. «Доктор Живаго» был издан в Милане в ноябре 1957 года.

Борис Пастернак

Жизненный путь не вполне политически определившегося Юрия Живаго был встречен политически вполне определившимися советскими критиками однозначно — травлей. Кампания против Пастернака, впоследствии названная «Не читал, но осуждаю!», особенно широко развернулась после присуждения писателю в 1958 году Нобелевской премии «за значительные достижения в современной лирической поэзии, а также за продолжение традиций великого русского эпического романа». Инициатива к травле пришла «сверху» — сам Хрущев поэтически подметил, что «даже свинья не гадит там, где ест».

Ну а как история развивалась дальше, мы знаем, — Борис Леонидович умер в 1960 году, а в 1988 году «перестроившийся» «Новый мир» все-таки напечатал роман, а в 1989-м сын писателя Евгений Пастернак наконец забрал в Стокгольме Нобелевскую медаль — так «Доктор Живаго» стал достоянием русской литературы.

Доктор Живаго

«Убить пересмешника», Харпер Ли

Роман о нравах провинциальной Алабамы в Америке времен Великой депрессии, о расовом «небратстве» и неравенстве перед законом стал отражением так называемого «Скоттборрского дела», поразившего в свое время пятилетнюю Харпер. Тогда в суде рассматривалось дело об изнасиловании двух белых женщин девятью чернокожими, и хотя результаты экспертиз говорили о невиновности обвиняемых, на 100% «белое» жюри присяжных вынесло восьмерым из них смертный приговор. Вслед за своими великими соотечественницами — Маргарет Митчелл с ее «Унесенными ветром» и Гарриет Бичер-Стоу с «Хижиной дяди Тома» — Харпер Ли обратилась к теме расовой дискриминации, сделала это особенно выразительно и непосредственно — глазами ребенка, положившись на свои детские впечатления.

Харпер Ли

После выхода романа в 1960 году, положительных отзывов критиков и Пулитцеровской премии, успех Харпер Ли стал поперек горла ее издателю, Перл Казин Белл, который стал распускать слухи, будто роман его подопечная написала в соавторстве с другом детства, куда более плодотворным по количеству книг, Труменом Капоте. Пиар-ход натолкнулся на непонимание со стороны Капоте — свое участие в написании «Пересмешника» создатель «Завтрака у Тиффани» и «Хладнокровного убийства» отрицал.

Тогда роману сопротивлялись все защитники «идеального образа американской мечты», те, кто боялись растревожить «осиное гнездо» щекотливой и болезненной темой и, конечно, рьяные узколобые расисты, которые не оценили художественные образы «плохих парней».

Убить пересмешника

28 августа 1963 года со ступеней Мемориала Линкольна в Вашингтоне культовый Мартин Лютер Кинг в своей речи «У меня есть мечта» (I have a dream) скажет: «Я мечтаю сегодня, что однажды в Алабаме с ее злобными расистами и губернатором, с губ которого слетают слова о вмешательстве и аннулировании, в один прекрасный день, именно в Алабаме, маленькие черные мальчики и девочки возьмутся как сестры и братья за руки с маленькими белыми мальчиками и девочками». А сорок лет спустя, в Америке образца 2013 года, при президентстве Барака Обамы, книга «Убить пересмешника» будет входить в школьную программу 80% образовательных учреждений.

«Над пропастью во ржи», Джером Сэлинджер

Откровение 16-летнего Холдена Колфилда носило почетное звание самой запрещаемой книги в американских школах с 1961 по 1982 годы. Чего только не усматривали в романе Сэлинджера — призыв молодежи к бунту и анархии, слишком грубый язык, а также пропаганду пьянства и разврата, особенно в сцене с проституткой в отеле. «В общем, пошлятина, а может быть, и не совсем. Мне бы хотелось быть опытным во всяких таких делах. А то, по правде говоря, когда я с девчонкой, я и не знаю как следует, что с ней делать. Например, та девчонка, про которую я рассказывал, что мы с ней чуть не спутались, так я битый час возился, пока стащил с нее этот проклятый лифчик. А когда наконец стащил, она мне готова была плюнуть в глаза», — книгу, содержащую вот этот «срам», до сих пор периодически пытаются вычеркнуть из школьной программы в штатах.

Джером Сэлинджер

Но дело не только в детской непосредственности Холдена, сдобренной крепким словцом, — скандальной репутации книги немало поспособствовали и ее прославленные поклонники: совершивший покушение на Рейгана Джон Хинкли, маньяк Роберт Джон Бардо и убивший Джона Леннона Марк Чапмэн. Последний, кстати, заявил в суде, что приказ выстрелить в «битла» был зашифрован в тексте книги — очевидно, поэтому, едва совершив пять выстрелов, Чапмэн уселся под уличным фонарем читать «Над пропастью во ржи». Так он и скоротал время до приезда полиции.

Над пропастью во ржи

Сейчас упомянутый «срам» и «грубый язык» едва ли сравнится с современными опубликованными книгами рейтингом 12+, не говоря уже об онлайн литературе, а то, что психически нездоровые люди могут усмотреть «призыв» кого-нибудь убить даже в детских сказках или гавканье соседской собаки (привет серийному убийце Дэвиду «Сын Сэма» Берковицу), намекает нам, что проблема вовсе не в довольно таки приличной «Над пропастью во ржи», а в той «славе», которую ей создали поборники «чистоты и морали».

«Заводной апельсин», Энтони Берджесс

Роман 1962 года рассказывал историю Алекса Ларджа («Великого») и его банды — наркотики, драки, ограбления, изнасилования, убийство, тюрьма. Там герой становился участником эксперимента по «вылечиванию» тяги к насилию под чутким руководством доктора Бродского и особенно «доброго» доктора Бранома — такого американского варианта Йозефа Менгеле. Вышедший на свободу Алекс, с привитым отвращением к насилию, становится беспомощным в окружающем его жестоком мире и на короткое время даже вызывает у читателя что-то вроде сочувствия. Однако, после сотрясения мозга навязанные врачами «пацифистские» установки пропадают и все возвращается на круги своя.

Энтони Берджесс

Англичанин Энтони Берджесс написал свой роман после того, как врачи вынесли вердикт, будто жить писателю оставалось не больше года из-за опухоли мозга. Образом самого Берджесса в романе стал «главный пострадавший» — писатель Ф. Александр, жену которого на его глазах изнасиловал Алекс с друзьями. Так автор интерпретировал собственную историю: беременную жену Бержесса во время Второй мировой изнасиловали четверо дезертиров американской армии, женщина потеряла ребенка, «тихо спилась и умерла». «Эта чертова книга — труд, насквозь пропитанный болью…» — признавал писатель.

Вопреки предсказаниям врачей, он прожил до 1993 года (76 лет) и умер от рака легких. После того, как Берджесс узнал, что прогноз врачей был неверный, он переписал финал на более «обнадеживающий» — контраст этих двух окончаний книги совпадает с контрастом внутреннего состояния автора во время написания.

Заводной апельсин

В случае с «Апельсином» куда более скандальной, чем сама книга, вышла экранизация романа. Вдохновившись фильмом Стенли Кубрика, молодые преступники 70-х сделали своей «фишкой» напевание Singin In The Rain — как это непринужденно делал Малкольм Макдауэлл в сцене с изнасилованием. После обвинений в пропаганде насилия и анонимных смертельных угроз в адрес Кубрика, режиссер изъял скандальную картину из проката — на большие экраны Великобритании фильм вернулся лишь после его кончины в 1999 году.

«Сатанинские стихи», Салман Рушди

В новейшей истории мировой литературы, пожалуй, ни одна публикация не наделала шума больше, чем «Сатанинские стихи» Салмана Рушди. К вопросу о цене искусства: на сегодняшний день за «голову» писателя иранский «Фонд 15 июня» (Khordad Foundation) предлагает ни много ни мало почти 4 миллиона долларов, уточняя при этом, что денежное вознаграждение может получить и не мусульманин.

Салман Рушди

Поводом к такой реакции послужило художественное переосмысление Рушди образа пророка Мухаммеда (в романе он назван «Махаунд»), который в четвертой книге этого британского автора был показан в не самом благопристойном свете.

Сатанинские стихи

Роман Рушди, на чьем счету уже были легендарные «Дети полуночи», появился на прилавках 26 сентября 1988 года. А 14 февраля 1989 года иранский лидер аятолла Хомейни, особенно задетый эпизодом «Возвращение в Джахилию» (романный аналог священной Мекки), публично проклял автора и издал фетву, призывавшую мусульман казнить самого Салмана и всех причастных к публикации книги. Демонстрации против «Сатанинских стихов» проходили в Индии и Пакистане, а взрывы и поджоги книжных магазинов — в Англии и США. Великобритания разорвала дипотношения с Ираном и поместила Рушди, убийство которого было объявлено среди мусульман «богоугодным делом», под программу защиты свидетелей. Роман запретили к распространению во всех исламских странах, кроме Турции.

В 2008 году Салман стал обладателем спецпремии Букера — правда, забрать ее самостоятельно не смог. Писатель вообще редко выходит из дома – несмотря на неоднократные публичные извинения, иранский «Фонд мучеников» признал фетву покойного Хомейни «действительной навеки».

Не менее «спорные» романы со скандальной историей публикации:

  • «Тропик Рака», Генри Миллер. Роман впервые вышел в Париже, но был запрещен в США как порнографический. Книгу можно поставить в один ряд со знаменитыми «парижскими циклами» Хемингуэя, Сэлинджера, Э.Лимонова. Это смесь дерзкой эротики, тонкой стилистики и неповторимой миллеровской витальности.
  • «Скотный двор», Джордж Оруэлл. Публикация откладывалась в Великобритании из-за критики коммунизма. Она была изъята союзниками при оккупации Германии и запрещена в СССР. «Все животные равны, но некоторые животные равнее других» — это, наверное, самая знаменитая фраза из классической притчи Джорджа Оруэлла о крушении революционных надежд.
  • «Прощай, оружие!», Эрнест Хемингуэй. Наполовину автобиографический роман о событиях Первой мировой войны в Италии был опубликован в 1929 году, сразу же вызвав разногласия: в Бостоне его изъяли из киосков за сексуальное, «вульгарное» содержание (стоит ли отметить, что ничего сексуального и вульгарного в ней нет?), а в Италии – за описание отступления армии в битве при Капоретто (излюбленное «ретуширование» истории в действии).
  • «Моя борьба», Адольф Гитлер. Одна из самых покупаемых и уничтожаемых книг XX века. Во многих странах «Майн кампф» Гитлера входит в федеральный список экстремистских материалов.
  • «Фанни Хилл. Мемуары женщины для утех», Джон Клеланд. Роман Джона Клеланда посвящен истории рано осиротевшей деревенской простушки Френсис Хилл, отправившийся в Лондон в надежде найти там свое счастье. Наивная провинциалка, думая, что идет работать служанкой, попадает в бордель и со временем превращается в искушенную Фанни. Произведение Клеланда называют «первой английской порнографической прозой и первой порнографией, облеченной в форму романа», «энциклопедией сексуальных поз». Современному читателю роман покажется скорее сопливой романтикой, а вовсе не порнографией.
  • «Американский психопат», Брет Истон Эллис. История зажиточного бизнесмена и не менее успешного серийного убийцы Патрика Бэйтмена. Автор подробно и тщательно описывает как его герой пытает и убивает самыми различными способами мужчин, женщин, детей и животных. В романе также есть сцены изнасилования, некрофилии и каннибализма. Реальный массовый убийца и насильник Пол Бернардо назвал роман «своей библией». Во многих странах на продажу «Американского психопата» введен возрастной ценз.
  • «Страх и отвращение ненависть в Лас-Вегасе», Хантер С. Томпсон. Книга была написана автором под действием абсента и запрещена во многих странах за пропаганду наркотиков.
  • «Как хорошо быть тихоней», Стивен Чбоски. Книга рассказывает о жизни мальчика, который пишет письма своему анонимному другу, в них он рассказывает о наркотиках, детской жестокости, сексуальных домогательствах.
  • «Поваренная книга анархиста», Уильям Пауэлл. Это пособие по использованию обычных исходных материалов, веществ и предметов для изготовления в домашних условиях наркотических веществ, оружия, взрывных устройств, ядов. Книга запрещена во многих странах мира. Продается только в неполном издании из четырех глав. Была написана в знак протеста войны во Вьетнаме.
  • «Бойня № 5», Курт Воннегут. Книга рассказывает историю американского солдата Билли Пилигрима, своеобразного альтер эго самого автора. Во время битвы при Арденнах во Второй мировой войне Воннегут попал в плен к немцам. Главный герой книги был отправлен в Дрезден на работы. Его вместе с товарищами ночью содержали в скотобойне №5, а во время бомбежек уводили в подвал. Именно там пленных застала страшная атака американцев на Дрезден. В своей книге Воннегут передал весь тот ужас, который он испытал, вытаскивая из руин тысячи трупов. Сцены оказались настолько мрачными, что в США книгу запретили, чтобы не травмировать детей.
  • «Гроздья гнева», Джон Стейнбек. Эта книга о том, как Великая Депрессия отразилась на судьбах сельских бедняков. Литературная критика восприняла роман с восторгом, а вот власти официально запретили книгу в некоторых штатах США. Людей шокировало такое детальное описание бедности. Сам же писатель поведал, что его рассказ был еще приукрашен, на самом деле ситуация в лагерях вынужденных трудовых переселенцев была куда тяжелее.
  • «Код да Винчи», Дэн Браун. Роман, написанный в жанре интеллектуального детективного триллера, смог пробудить широкий интерес к легенде о Святом Граале и месту Марии Магдалины в истории христианства. Ватикан не оценил «альтернативного взгляда» Брауна и объявил книгу лживым антихристианским пасквилем.

* включать сюда запрещенные в разные времена публикации книг по религиозным соображениям — себе дороже (один «Индекс запрещённых книг» Римско-католической церкви чего стоит). В разное время в список входили сочинения таких авторов, как Лоренцо Валла, Эразм Роттердамский, Лоренс Стерн, Вольтер, Даниель Дефо, Джордано Бруно, Коперник, Кеплер, Галилей, Оноре де Бальзак, Сартр и другие. Почти все известные западные философы были включены в список — в том числе и верующие, как например, Декарт, Кант, Беркли. Некоторые атеисты, например Шопенгауэр и Ницше, не были включены в список на основании общего правила, что любые работы, критикующие или осуждающие любой элемент католической веры, запрещены по факту. В список попали и некоторые нацистские произведения, в частности, произведение нацистского идеолога Розенберга «Миф двадцатого века». Любопытно, однако, что книга Гитлера «Майн Кампф» никогда не была включена в Индекс.

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.




Наши проекты

Январь 19 2018, 04:01
Автор:
Понравилась статья? Оцените:
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (10 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Лиза
2018-01-19T16:34
Загрузка...

Загрузка...

ПОПУЛЯРНОЕ НА САЙТЕ

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: